Аркадий Островский Официальный сайт

Аркадий  Островский  



        Аркадий (Авраам) Ильич Островский родился 25 (12) февраля 1914 года в Сызрани. Его отец, Илья Ильич, был настройщиком музыкальных инструментов и сам подавал надежды как неплохой пианист, но, лишившись пальца, навсегда распрощался с профессиональным музицированием.
        В Сызрани, на берегу Волги, Аркаша часто завороженно слушал пение русских и татарских народных песен и частушек, очень яркое впечатление произвела на него первая случайная встреча с военным оркестром, проходящим по центру города. А вскоре начались занятия музыкой, и несмотря на скудный достаток семьи, отец нанял сыну учительницу фортепиано. Занятия нравились, но надоедало подолгу играть гаммы и этюды и юный музыкант начинал импровизировать, что-либо изображать: то природные явления, то услышенный когда-то духовой оркестр... Порой это самоволие заканчивалось скандалом, после чего вновь приходилось возвращаться к учебной программе.
        К 14 годам Аркаша делал такие успехи в музыке, что отец стал подумывать о переезде в большой город, стояла дилемма между Саратовом и Ленинградом, где жили родственники. Внезапная болезнь матери ускорила переезд и в 1927 году семья поселилась в Ленинграде. Аркадий начал заниматься с Иваном Михайловичем Белеземцевым, но из-за материальных трудностей эти занятия пришлось прервать.
        Однажды, гуляя по городу, юноша пристроился к экскурсионной группе учащихся ФЗУ завода «Электросила» (их называли «фабзайцами»), познакомился с парнем по имени Степан, который позвал его в ФЗУ. Надо было помочь отцу и Аркаша согласился. Мастер Потапов был очень доволен своим учеником, хотел сделать из него первоклассного мастера кузнечного дела, но однажды весной устроили молодёжный вечер, начало которого затягивалось. «Фабзайцы» слонялись по фойе, пока не увидели в его дальнем конце потрёпанный рояль. Какой-то юноша гордо сел за него и одним пальцем заиграл вальс «Осенний сон», а, окончив, спросил - нет ли ещё желающих попробовать. Аркаша ни с кем не делился о своих занятиях музыкой, опасаясь, что его сочтут за неженку, но всё же сел за рояль и заиграл тот же вальс, повергнув в шок своих друзей. А затягивался вечер из-за того, что не пришёл аккомпаниатор, поэтому Островскому пришлось спасать мероприятие, что он с честью сделал. На следующий день в цехе только и говорили об Аркашином успехе, а директор клуба попросил юношу поработать тапёром по вечерам и эта работа ему нравилась.
        Вскоре Аркадий возобновил свои занятия с Белоземцевым, который предложил ему держать экзамен в Центральный музыкальный техникум. Начались усиленные занятия: днём - завод, вечерами - занятия на рояле. В 1930 году Островский начал занятия в музы- кальном техникуме. Занятия ему очень нравились, трудности преодолевались, правда, смерть матери и необходимость помогать младшему брату Роману приводили к пропускам, незачётам, а затем неприятным объяснениям в учебной части. Приходилось играть по вечерам в оркестре, писать оркестровки.
        Однажды старшекурсник Карсин попросил Аркадия поиграть несколько занятий вместо него в хореографическом кружке на Васильевском острове, предупредив его, говоря о руководительнице кружка: «Только ты не смотри, что она молодая. Называй её Матильдой Ефимовной и не спорь с ней, соглашайся». Рассмотрев маленькую хрупкую Матильду, Аркадий решил, что Карсин что-то напутал, но вдруг от её возгласа он вздрогнул и подумал, что отыграет столько, сколько обещал Карсину, и больше ноги его здесь не будет. В конце занятия Матильда вручила ему ноты и ледяным голосом сказала, чтобы в следующий раз он больше не импровизировал. На следующий раз Аркадий очень старался, Ма- тильда даже ему улыбнулась в конце занятия. А придя на третье занятие, Матильда волнующим голосом сообщила, что не может заниматься сегодня, потому что у неё пропуск в Мариинский театр на новый балет Бориса Асафьева «Пламя Парижа». На улице Аркадий увидел, как Матильда бросилась к подходящему трамваю, он подбежал вовремя и успел подсадить её. Сначала Матильда удивлённо посмотрела на него, а потом сказала, что этот пропуск на двоих и пригласила его в театр. После спектакля они долго бродили в белую ночь... С тех пор они не расставались. Вскоре в жизнь Островского навсегда вошли жена Матильда и сын Миша.
Аркадий Ильич и Матильда Ефимовна         Аркадий с Матильдой и ещё несколько студентов Института сценических искусств организовали концертную бригаду и стали гастролировать. Гастроли начались с Петрозаводска. Бывало так, что после гастролей концертные организации не выплачивали им гонорар вовремя. Так случилось, когда они возвращались из Краснодара. Соседи по купе стали замечать, что при каждой трапезе молодые люди либо выходят в коридор, либо забираются на свои верхние полки. На вторые сутки солидный седой мужчина поинтересовался, почему они не едят. Матильда растерялась и заплакала. Попутчик сказал, что однажды сам оказался в подобной ситуации и скомандовал спуститься с полок. Затем незнакомец поинтересовался их концертными номерами. Аркадий достал с верхней полки аккордеон, а пассажиры стали интересоваться у проводника, откуда в поезде орган. Сосед попросил его точный адрес, а перед тем, как сойти в Москве, он тайно оставил под подушкой ребятам немного денег и записку: «До скорой встречи. Рахлин Лазарь Петрович».
А жизнь молодой семьи продолжалась с неустроенностью и случайными заработками. Долгое время Островский добивался места в один из ленинградских оркест- ров, а переговоры всё затягивались, потом место освободилось, и Аркадий мог рассчитывать, что именно его возьмут. На пороге его встретила сияющая жена, кото- рая говорила о какой-то телеграмме, но её супруг ничего не понимал, пока не прочитал текст: «Аркадий Островский приглашается в штат Госоркестра Утёсова аккордеонистом и пианистом. Срочно жду Москве директор Рахлин Лазарь Петрович». Шёл 1940 год.
        И вот Москва. Первым Аркадия встретил Рахлин, представил музыкантам, а сам ушёл по делам, репетиция ещё не начиналась-ждали Утёсова. Всматриваясь в лица, новичок стал узнавать некоторых по фильму «Весёлые ребята» и, сев за рояль, заиграл марш и другие мелодии из этого кинофильма, а затем фантазию на темы песен И.Дунаевского. Музыкантам понравилось, как новичок начал знакомство. Началась новая жизнь с гастролями, подготовкой новых программ. В оркестре Островский выполнял несколько обязанностей - пианист, аккордеонист, инструмен- товщик.
        Всё изменила война. Утёсовцы кочевали по фронтам. Во время войны Островский особенно много занимался инструментовками. Матильда Ефимовна с Мишей были в Новосибирске, там же был тогда её преподаватель по хореографическому училищу, замечательный искусствовед и полиглот Иван Иванович Соллертинский (1902-1944). Дороги войны однажды позволили встретиться братьям - Рома был в действующей армии, увы, это была последняя встреча, Рома погиб.
        Во время войны Островский делал свои первые композиторские пробы - песня-плакат «Гадам нет пощады», фантазия для трубы с оркестром (1942), фантазии «Салют» (1943) и на темы военных песен (1944). В конце войны у Матильды Ефимовны возникла настойчивая мысль, о том, что её муж может и должен всерьёз заняться композицией, о чём она ему не переставала писать на фронт. Однажды тромбонист оркестра Илья Фрадкин показал Аркадию свои стихи «Я - демобилизованный», вскоре Островский написал на них музыку, потом появилась «Сторонка родная» на стихи Сергея Михалкова. Эти песни спел Утёсов, они имели успех, а у Островского ввиду этого успеха возникло желание сочинять. Но жена была несколько другого мнения: он должен уйти из оркестра, чтобы полностью посвятить себя сочинению музыки. После войны на двенадцатом этаже в номере гостиницы «Москва», где жили тогда многие утёсовские музыканты, Матильда Ефимовна настаивала на этом, а он упирался: «Меня в оркестре любят, ценят, у меня хорошее положение, твёрдый заработок..., Утёсов поёт мои песни, с какой стати уходить в никуда, никакой я ещё не композитор, что мы будем есть, пить, где жить? Да и почему, собственно, нельзя продолжать писать песни и у Утёсова, кстати, он меня и не отпустит». Но Матильда Ефимовна настаи- вала на своём, к тому же, у неё нашёлся очень активный соратник, композитор Марк Фрадкин. После войны они два года жили в Ленинграде, а, вернувшись в Москву, Островский сдался. Леонид Осипович был страшно зол и обижен, вдобавок он из-за этого на некоторое время рассорился с Марком Фрадкиным, который сразу после ухода друга из оркестра написал вместе с ним композицию «Над великой русской рекой» (стихи А.Софронова).
         После ухода из оркестра (1947) началась полоса нужды, колебаний «вернуться - не вернуться», потому что его часто звали обратно, но жена была категорически против. Вскоре (1948), не без проблем, он был принят в Союз композиторов. С этого времени композиторское мастерство и популярность Островского неуклонно росли, он становится одним из самых любимых и известных композиторов страны. Этапной можно назвать встречу и дальнейший творческий союз Островского со Львом Ошаниным.
        В творчестве Островского наряду с песнями гражданственными, как правило «заказными» («Комсомольцы — беспокойные сердца», «Красная гвоздика», «Зори московские»), с каждым годом растёт количество проникновенной светлой лирики.
Островский чутко уловил возникавшую новую интонацию. Мечта, оптимизм, надежда ощутимы в таких песнях, как «Пусть всегда будет солнце» (Ошанин), «Лесорубы» (Танич), «Как провожают пароходы» (Ваншенкин), «Вокализ», написаный на спор с Ошаниным, в котором Аркадий Ильич хотел доказать, что песне не всегда нужны слова.
        Новым словом песенной эстрады стал «Дворовый цикл». По словам самого композитора он появился под прямым влиянием итальянских неореалистических фильмов. Это рассказы о первой юношеской любви. «Фон» этих новелл — двор, в котором бесконечно крутится пластинка, старики, стучащие костяшками домино, простые рабочие люди, обыденная жизнь, чувства простых людей. Наигрыши баяна и гитары.
        К лучшим песням Островского можно отнести также «Старый парк» (Бахнов и Костюковский, 1954), «Мальчишки» (Шаферан, 1962), «Песня остаётся с человеком» (Островой, 1964), «Город спит», «Голос земли», «Песня любви» (Ошанин, 1965), цикл «Полутона» и «Атомный век» (Кашежева, 1966).
А. Островский и Э. Хиль. Середина 1960-х         Песни Островского открыли новые грани только становившихся на путь к всенародной славе таких певцов, как Э.Хиль, И.Кобзон, М.Магомаев, М.Кристалинская, Э.Пьеха, Н.Дорда, Т.Миансарова, Б.Кузнецов и Л.Полосин...
        Блестяще раскрылся талант композитора в песнях о детях и для детей. «Школьная полька» (Л.Ошанин), «Девчонки и мальчишки» (И.Дик), «Галоши» (З.Петрова), «Новогодняя хороводная» (Ю.Леднёв) и другие песни прочно вошли в репертуар практически всех детских коллективов. До сих пор ежедневно звучит песня-заставка «Спят усталые игрушки» (Петрова, 1965) к передаче "Спокойной ночи, малыши" и тудно повереть, что эту песню можно заменить.
        Аркадий Островский и дети. Это совершенно особая тема, и даже не столько потому, что у него множество прекрасных детских песен, а потому, что он безгранично любил детвору. Когда Островские жили в Москве на Фурманном переулке, и материальное положение стало благоприятным, композитор, обожавший автомобили, обзавёлся голубым «Москвичом», на котором, среди прочего, катал детей вдоль Чистых Прудов, причём как бы он не был занят, программа катаний никогда не отменялась.
        Творчество А.Островского — синтез качеств порой полярно противоположных. Его песни не просты структурно (сломы, смены ритма, усечения фраз). Однако композитор обладает особым даром демократизировать, делать доступной любую сложность. В кладовой его слуха множество танцевальных ритмов — от вальса до твиста, интонации романса, джаза, декламационность, идущая от французского шансона.
        В последние годы жизни Аркадий Островский тяжело болел. Язва желудка приводила к нередким госпитализациям. Трудно поверить, что именно в эти годы создавались яркие, полные солнечного света и оптимизма песни. К 60-летию революции Островский задумал написать песню с хором, его это так увлекло, что он раньше назначенного срока уехал из санатория «Россия» в Крыму. Жилой композиторский дом по улице Огарёва, 13 был почти пуст, все разъехались, лишь в квартитре номер 29 не смолкал рояль.
        В сентябре 1967 года в Сочи открывался первый фестиваль, названный по песне Островского «Красная гвоздика», на который, конечно же, композитор получил приглашение. В это время снова началось обострение болезни. Врачи были категорически против какого-либо его отъезда из Москвы, но Островский был неприклонен. Сначала всё шло неплохо. Он позвонил в Москву Ошанину, и они начертали себе ближайшие планы. 15 сентября Аркадий Ильич попадает на операционный стол вследствие прободения язвы и страшного внутреннего кровотечения. На подмогу сочинским хирургам экстренно вылетела хирургическая бригада из Москвы, но всё оказалось тщетным - вечером 18 сентября Островский скончался. Но его последней песне всё же суждено было родиться. Через несколько дней после похорон Матильда Ефимовна обнаружила боббину, где композитор напевал- насвистывал мелодию своей будущей песни, с ней она пошла к Оскару Фельцману, который записал ноты с голоса друга, Лев Ошанин написал стихи и так родилась последняя песня Аркадия Островского «Время».
        В жизни Аркадия островского были два главных дела: чтобы его песни всюду пели и вывести сына в люди. Михаил с отличием окончил Биологический факультет МГУ, композитор мечтал непременно, чтобы его сын был профессором, всегда наставлял его, чтобы не пасовал перед трудностями и добивался того, что наметил. Он успел дожить до защиты кандидатской диссертации Михаила, его женитьбе на Раисе, рождения первого внука Серёжи. Докторскую диссертацию, звание профессора и действительное членство в РАН Михаил Аркадьевич получил уже после кончины отца, после неё родился и второй внук, названный Аркадием.